Король Артур – кто он и откуда он родом?

Разбираем интересные наблюдения и выводы, сделанные в книге британского ученого с докторской степенью — Говарда Рида «Артур — король драконов». Кому как не британцу рассуждать о происхождении одного из наиболее прославленных королей Туманного Альбиона? И если уж он по результатам своего исследования вынес вердикт, что легендарный король Артур, стоящий у истоков Британии, — это скиф (или сармат), то это как минимум крайне любопытно, тем более, что текст написан крайне обстоятельно и буквально на каждой странице содержит ссылки на то, откуда взята та или иная цитата или факт, связанные с Артуром. Мы лишь привлекаем внимание к его труду, поскольку нашли его весьма любопытным.

Кто-то может возразить: какое нам — русскоязычным людям — вообще дело до того, кем являлся или не являлся король Артур, и какое отношение это имеет к данному сайту, посвященному русскому наследию и фольклору? Ну, как — до относительно недавнего времени (и начиная еще с античности), долго было принято считать, что история России — продолжение истории Скифии, и как минимум значительная часть западных скифов, собственно говоря, тождественны славянам. Генетические исследования останков из южных степных курганов, на наш взгляд, этот вопрос не закрывают: они говорят о происхождении конкретных погребенных людей, а не о том, кого античные авторы называли скифами. Для античных авторов ВСЯ территория России была населена скифами — так они называли все известные им племена вплоть до самого Ледовитого океана (сарматы, в свою очередь, также по указаниям тех же античных авторов относятся к скифским народам и локализуются примерно в низовьях Волги и Дона). Соответственно, этот термин — скифы/Скифия — НЕ равен ни одному конкретному народу, он относится к общности народов на определенной территории (в границах ± современной России). 

Таким образом, король Артур — по мнению британского же ученого — буквально оказывается выходцем из этой НАШЕЙ скифской общности. Малая искра от большого костра. Более того, если Рид прав, то скифо-сарматская конница принесла в Британию многие основы ее будущей государственности и культуры. Можно заново перечитать артурианский цикл, воспринимая его через призму этой новой информации — ведь отчасти это оказывается и история о нас)

Исторические источники

Ну, а мы переходим непосредственно к книге Говарда Рида. Для начала он задается вопросом, существовал ли в принципе такой человек как Артур в качестве исторической личности или же это полностью мифический образ? Автор книги последовательно и в деталях анализирует все существующие письменные описания жизни и даже единичные упоминания про Артура, разбирая в каждом случае, кто именно, в каких веках и в каком историческом контексте оставил эти записи. По факту таких записей не так уж и много, причем все эти документы составлены много столетий спустя после смерти Артура (который жил ориентировочно в V—VI вв. н. э. — по «официальной версии»):

• Записи валлийского монаха Ненния начала IX века.
• «История бриттов» Гальфрида Монмутского 1136 г.
• «Анналы Камбрии» X в.
• Эпизодические упоминания в валлийских повестях «Мабиногиона» (самые ранние рукописи — середины XIV в.).
• Эпизодические упоминания в валлийских жизнеописаниях святых XI века («Житие святого Кадока», «Житие святого Караннога»).
• «Деяния английских королей» Вильяма Мальмсберийского 1125 г.
• Появление первых упоминаний о Ланселоте в рыцарских романах француза Кретьена де Труа 1177 г.
• «Смерть Артура» Томаса Мэлори, напечатанная Уильямом Кэкстоном в 1485 г.

По итогам этого анализа документов Говард Рид приходит к неутешительному выводу, что попросту НЕ существует в принципе ни единого надежного исторического доказательства существования Артура — именно в статусе короля и в том виде, как это преподносят сегодня. Более того, невозможно с достаточной долей уверенности установить ни единой географической локации, упоминаемой во всех этих вышеперечисленных источниках — если это река, то почти всегда существуют 2–3 претендента, если это гора — то нет гор в упомянутых местах и так далее. Соответственно, хоть «официально» и считается, что время жизни Артура — это примерно VI в. н. э., но автор показывает, что этот временной отрезок был найден, скорее методом исключения всех иных эпох, в которых о нем точно НЕ упоминалось, а, значит, эта временная привязка не слишком надежна и может сдвигаться в обе стороны совершенно свободно.

Однако некая отправная точка, послужившая поводом для создания артурианы, все же имелась, так как имя Артура нет-нет да и мелькает в самых разных легендах и летописях, причем даже не связанных с ним напрямую, что создает впечатление, что говорится о ком-то, кто и так отлично всем известен, без дополнительных пояснений.

Таким образом, есть большая вероятность, что он НЕ был именно королем, но был реально существующей личностью, например — крайне успешным и прославленным военачальником или полководцем, образ и деяния которого настолько потрясли это общество, что сказители прославили его имя в веках. А жить он мог как позже, так и раньше «отведенного» ему историками отрезка времени.

Очищение от поздних наслоений

Тогда автор решает очистить артуриану от всех наслоений поздних веков, чтобы добраться до наиболее древних (и близких к истинному положению дел) частей. Он последовательно «убирает» из легенд и летописей все, чего точно не могло существовать в Британии ранних веков или то, что характерно именно для более поздних столетий.

Например, имя Ланселота и все, что с ним связано — это явно французская вставка XII века, сочиненная французским же автором. В более ранних источниках нет вовсе никаких упоминаний ни о нем, ни о его любовной связи с королевой Гвиневрой.

Другой пример — сам образ замка Камелот, который во всех местах, где он описан, имеет явно готические черты. Такой архитектуры попросту не существовало в древней Британии. Для тех далеких времен скорее были характерны кельтские укрепления на вершинах крутых холмов.

Также вызывают вопросы описания рыцарских турниров и различных связанных с этим деталей. Так, до изобретения стремени попросту невозможны были турнирные схватки рыцарей на конях, когда один должен был вышибить другого из седла с помощью копья.

Что же остается?

В результате отсечения «лишнего» Говард Рид оставляет от истории только те характерные моменты, которые однозначно присутствуют/прослеживаются во всех источниках и точно НЕ являются вставками поздних времен. Таким образом, мы получаем список неких маркеров, характерных для изначальной артурианы и всего того, что с ней связано:

• Главенствующая роль конницы — Артур и все его рыцари неизменно сражались и одерживали победы верхом. Вообразить их пешими воинами — немыслимо. «Для общества эпохи Артура лошадь имела важнейшее значение. Даже в названии рыцарства и его кодекса чести (chivalry) присутствует тот же корень, что и в слове „кавалерия“.»
• Культ меча — в артуриане их даже два. Это легендарный «меч в камне», вытащив который Артур доказал всем, что он и только он имеет право именоваться королем. А второй меч — это Экскалибур, который был дарован ему Девой Озера, дабы хранить своего владельца в бою. Очевидно, что в обоих этих эпизодах меч наделен некой магической силой — он является одновременно и своеобразным средством прорицания, и символом невыполнимой задачи и сильнейшим защитным амулетом.

• Высочайшая степень уважения к женщинам — все легенды о рыцарях круглого стола пронизаны уважением к лицам прекрасного пола. Во имя их герои совершают подвиги, они обучают молодых рыцарей, дают советы/указывают путь уже состоявшимся героям в трудные минуты — в общем являются совершенно неотъемлемой равноправной частью общества. В позднейших переосмыслениях легенды это уважение трансформировалось в образ Прекрасной Дамы, характерный для рыцарских романов в целом. В самых ранних же версиях легенды представлен, скорее, не образ прекрасной дамы из замка, а образ некой Девы Повозки (которая так и называется). То есть она непременно связана с колесницей и некой темой передвижения, а появляется в повествовании она, как правило, для того, чтобы дать герою задачу или указать путь.

• Образ дракона — личное знамя Артура во всех вариантах легенды совершенно безапелляционно связано с образом дракона. Более того, к его имени часто добавляется прозвание «Пендрагон», что на древнем наречии значило «голова дракона». Наконец, многие источники указывают на то, что шлем Артура также был украшен головой дракона.

• Знамена как таковые — важной деталью является и постоянное упоминание знамен в целом, которые согласно текстам артурианы, были чуть ли не у каждого рыцаря свои. По сути мы видим здесь зарождение геральдики как таковой, а знамя оказывается тесно увязано с понятием чести.
• В отдельных эпизодах артурианы проскальзывает важность (и даже сакральность) бороды. Так, у властного короля, имеющего много вассалов, может быть даже плащ из бород тех, кто признал его верховенство. Когда же Артуру предлагают прислать его бороду в знак своего вассалитета перед более сильным соседом, он приходит в полнейшее негодование и ярость, заявляя, что это самое неподобающее и позорное предложение из тех, что он вообще когда-либо слышал.

Кельты или римляне?

Тогда остается ответить на вопрос — откуда идут истоки каждой из перечисленных традиций и мы сможем приблизиться к пониманию того, кем был Артур и его приближенные.

Однако — вот незадача — по мнению Рида, ни один из перечисленных маркеров не находит полного соответствия ни в культуре бриттов (=кельтов Британии), ни в привнесенной извне культуре римлян, которая также имела существенное влияние на жизнеустройство туманных островов на ранних этапах их истории.

• Так, кельты, хоть и были искусными конниками, но никогда не «развивали и не оттачивали свое военное искусство верховой езды так, как, по легендам, это делали Артур и его рыцари». Римляне же опирались прежде всего на пехоту: основной силой их армии были пешие легионы, а конницу Рим набирал главным образом из союзников и покоренных народов (так в римском войске и оказались сарматские всадники, о которых речь пойдет ниже).
• По мнению Рида, ни кельты, ни римляне не наделяли мечи особыми свойствами и не выделяли их из других предметов как некий могущественный артефакт. Если говорить о кельтах, то для них гораздо более характерным предметом почитания являлась священная чаша (котел) — своеобразный символический образ священного озера или источника. И, кстати говоря, эти моменты также нашли отражение в некоторых эпизодах Артурианы (что и понятно — ведь не могли кельтские традиции не оказать вовсе никакого воздействия на эту историю, коль скоро она разворачивалась в землях, населенных кельтами). В частности, сохранилась тема священных озер (Дева Озера, дарующая меч Экскалибур) и тема поиска Святого Грааля, в которой перемешались христианские легенды и кельтские священные чаши. Чудесные мечи в кельтских сказаниях все же встречаются (Каладболг ирландского героя Фергуса, меч Артура в валлийском «Сне Ронабви», из которого вырываются языки пламени), но такого почитания, как священная чаша, меч у кельтов, по мнению Рида, не получил.

• Далее, что касается женщин. В римском обществе — по свидетельству Говарда — они обладали крайне низким статусом и никогда не выступали наравне с мужами ни в каких ситуациях. Что касается кельтов, то у них ситуация была ближе к равноправию, однако, нет и следов такого почитания прекрасного пола, какое мы наблюдаем в легендах об Артуре и рыцарях круглого стола.
• Наконец, загадочный образ дракона. Видимо, Говард Рид считает именно его ключом к разгадке всей этой исторической тайны — ведь он даже вынес эту тему в заглавие своей книги: «Артур — король драконов». Тут опять невозможно найти ни кельтского, ни римского следа. Главный символ Рима — это орел, а для кельтской символики характерны такие животные как вепрь, олень, ворон — то есть самые разные представители местных лесов, без явного превалирования одного над другими. Дракона среди них, по наблюдению Рида, нет (равно как и другие мифические существа вроде кентавров, грифонов или сфинксов, которые также упоминаются в контексте артуровских легенд), тем более в явно положительном контексте, в котором он присутствует в символике Артура. Да, драконы в кельтских легендах встречаются, но чаще всего это чудовище, с которым герой и должен сразиться. Правда, уже у Ненния (IX в.) красный дракон — знак самих бриттов, а белый — саксов, но эта запись сделана через несколько веков после времени Артура.
• Знамена же, хоть и использовались довольно активно в римской военной атрибутике, у кельтов практически не были представлены.
• Что касается бород, то в римских традициях были гладко выбритые подбородки (иное считалось показателем дикости), а кельты же, по свидетельствам античных авторов, носили лишь усы, но не бороды.

Поиски конницы, мечей и драконов

Ну что ж — остался всего один шаг. Найти, где все эти ключевые элементы истории сойдутся воедино, и объяснить, каким образом они попали в Британию пост-римского владычества. Вот что пишет сам автор:

«Где же искать недостающие элементы? Западнее Ирландии на 3000 миль простирается океан; на северо-востоке находится Скандинавия, но народ этих стран не играл существенной роли в истории Британии до нашествия викингов и датчан, имевшего место столетия спустя после времени Артура; восточнее лежит материковая Европа, которая в конце V века только начала выбираться из хаоса. Угроза исходила в основном из Северо-Восточной Европы, а затем из Центральной Азии — от ее конных воинов с огромными развевающимися и шуршащими на ветру боевыми шелковыми штандартами в виде драконов.

С точки зрения римлян эти люди были варварами — … угрозой цивилизованному миру. Такое представление преобладает и сегодня… На самом деле в данной идее мало объективной исторической правды».Говард Рид, «Артур — король драконов», 2001

По мнению автора, все зависит лишь от точки зрения. «Мы» — всегда хорошие и цивилизованные, «они» — конечно же дикие и плохие. Однако — и здесь нужно отдать дань уважения его честности и искреннему желанию докопаться до истины, в которой и проявляется дух настоящего ученого — он делает над собой усилие, чтобы отбросить эти штампы и посмотреть на историческую сцену беспристрастно, к чему призывает и своих британских читателей.

И сразу же картина проясняется — известно, что римляне довольно «быстро разглядели в этих варварах грозного противника и стали искать пути приближения их к себе. Они давали им пристанище и даже нанимали на службу…» Такая политика способствовала рассеиванию этих племен из самого сердца Евразии по всей Римской империи, не исключая и Британию.

«Восточные варвары были привлечены к управлению другими покоренными Римской империей варварами даже на самой западной ее оконечности — в Британии. Они прибыли тяжеловооруженными, верхом на лошадях. И наверняка принесли с собой обычаи, верования, легенды и мечты, которые выковали новый мировой порядок и дали направление формированию мира после того, как осела пыль на руинах Римской империи».Говард Рид, «Артур — король драконов»

Что же это за «восточные варвары»? В середине своего исследования британский ученый дает однозначный ответ — это конные всадники из Причерноморья: киммерийцы, скифы, массагеты или сарматы. Последние представляются ему наиболее подходящими кандидатами, особенно потому что, с одной стороны, именно для них были характерны мечи как главное оружие в бою, в то время как у других скифов преобладали луки. А с другой стороны, именно в их обществе женщины приобрели особый статус и даже сражались наравне с мужчинами (легендарные амазонки — это все о тех же самых территориях в низовьях Волги и Дона, где обитали и сарматы. Еще Геродот передает предание, что савроматы (предки сарматов) произошли от союза скифских юношей с амазонками, на что указывает даже и окончание названия («царь-)маты»). И кто мог бы лучше подойти на роль артурианской «Девы повозки», чем такая женщина-воительница?

Далее автор последовательно разбирает по порядку все другие очевидные связи выделенных им маркеров с культурой сарматов: здесь и культ боевого меча, и пронизывающий все «скифское золото» образ дракона (а также мифического существа вообще — грифоны, кентавры и проч.), и сакральность бороды (вспомним тут, какое возмущение вызывал приказ Петра брить бороды у наших соотечественников начала XVIII в.). О коннице и говорить нечего — ведь для скифов-сарматов ездить верхом было равносильно тому, чтобы дышать. Находит автор даже отсылки к теме круглого стола, связывая это с обрядами погребения великих сарматских вождей…

Более того, вслед за американскими исследователями К. Скоттом Литтлтоном и Линдой Малкор (книга «От Скифии до Камелота», 1994) он указывает на конкретную группу — отряд сарматов «под командованием римского полководца с примечательным именем Луций Арторий Каст», которая «была отправлена в Британию в конце II века» для охраны Адрианова вала. Римский историк Дион Кассий сообщает, что около 175 г. император Марк Аврелий получил от сарматского племени язигов 8000 всадников и 5500 из них отправил в Британию. По всей видимости, после завершения военной службы большая их часть осела там же, в Британии.

«Мы знаем, что они несли драконов в качестве своих штандартов, и что в IV веке римляне заимствовали этот символ, дав своей коннице название драконариев, которое сохранилось в британской армии до наших дней в виде слова „драгун“».Говард Рид, «Артур — король драконов»

Послесловие

Понятно, почему столь скандальное расследование, по результатам которого у истоков Британии вроде как стоят скифы (сарматы) — то есть те, кого на Туманном Альбионе долго считали варварами — не получило на родине автора широкого признания. Шутка ли — главный и любимый герой страны оказался «степным кочевником», а рыцарство, кодекс чести и все прочие устойчивые образы, оказывается, зародились не на местной земле, а были этими самыми «варварами» принесены как просветителями.

Сам Говард Рид — британский антрополог, писатель и автор документальных фильмов. Прежде чем защитить докторскую диссертацию, он два года прожил среди охотников-собирателей в бассейне Амазонки, а как кинодокументалист несколько месяцев провел у туарегов Северной Африки. Кроме книги об Артуре, он написал книгу о мумиях и погребальных обычаях разных народов «В поисках бессмертных» (In Search of the Immortals).

Мы НЕ утверждаем, что абсолютно все в теории британского автора верно, но она заслуживает внимания хотя бы по причине того, что написана ученым, который действительно старался честно и беспристрастно установить истину, не побоявшись при этом шагнуть далеко за рамки общепринятых концепций и дополнив свою гипотезу целым рядом интересных доводов.

Самый главный ее посыл, пожалуй, заключается в том, что земли к востоку от Дуная (и далее вплоть до Северного Ледовитого/Скифского и Тихого океанов) — это вовсе НЕ периферия древнего мира с пыльными степями, дремучими лесами и дикими варварами, а мощная культура, оказавшая колоссальное влияние на культуры (и мифологию!) всего континента, вплоть даже до далеких Британских островов. Египет, Греция, Рим… Не пора ли добавить Скифию в этот ряд и детальнее всмотреться в то, как двигались по миру народы и идеи? Все сложнее и интереснее, чем кажется на первый взгляд, а культурные волны распространялись по миру вовсе не из одного центра, а из разных, включая и наше Причерноморье.

P. S. Придерживаемся взгляда, что история России — единая, славная, многотысячелетняя и неделимая — отсчитывается еще с многочисленных народов, населявших почти всю территорию Евразии во времена Древней Скифии, и представляет собой уникальную самобытную цивилизацию Севера, вобравшую в себя культуру леса, степи и холодного северного моря. Скифия, Сарматия, славяне (русы, россы, венеды), чудь и многие другие народы, Древняя Русь, ТаРтария, Романовы и Российская Империя, Советский Союз и далее до наших дней — все это составные фрагменты многоликого полотна нашего общего наследия, каждый из которых ценен, значим и неразрывно связан с другими частями единой истории. Именно в таком ключе стоит воспринимать предложенные выше версии и гипотезы.